Главная     История     Персоны     Фотолетопись     Публикации     Новости     Музей     Гостевая книга     Контакты

Персоны

Ученики. Годы учёбы
1856-1918     1918-1937     1937-1944     1944-2009    
Педагоги. Годы работы
1856-1918     1918-1937    
1937-1944     1944-2006    



Периоды:










Альберт Максимович Лунц

19.09.1901 – ?. 12.1977

биолог

доктор биологических наук

профессор

учился в гимназии К.Мая
в 1911 – 1918 гг. 




.
















Альберт Максимович Лунц родился 19 сентября 1901 г. [Источники (далее - «И»), 1] в одной из богатейших семей Санкт-Петербурга. Семья его была тесно связана с Сибирским Торговым Банком – отец, дед и дядя Альберта в разное время входили в состав Правления. Родители Альберта жили в большом доме на Васильевском острове (1-я линия, д. 22), принадлежавшем его бабушке. С маленьким Альбертом занимались частные учителя и гувернантки. Мальчик был очень музыкален и имел абсолютный слух. Разумеется, музыкой он начал заниматься очень рано — уже в 4 года начал играть на рояле. В 1914-1915 гг. он вместе со старшей на год сестрой Екатериной учился в Петербургской консерватории [«И», 2]. Учителя, среди которых был С. М. Майкапар, демонстрировали его как уникальное дарование и пророчили блестящую карьеру пианиста. По отзывам не только петербургских музыкантов (например, Р. М. Глиэра), Альберт был одним из самых многообещающих пианистов Петербурга. Но эта профессия юношу не влекла, он не уставал повторять: «Я буду биологом!». Позже, вспоминая о том периоде своей жизни, Альберт говорил, что был очень увлечен музыкой, но всегда знал, что его жизнь будет связана с биологией.
Осенью 1911 г. десятилетний Альберт поступил в I класс престижной школы Карла Мая [«И», 1] и провел в ее стенах семь лет. Завершить полный восьмилетний курс обучения на гимназическом отделении Альберт не смог из-за наступившего «смутного» времени. В 1918 году школа была национализирована и по решению Педагогического совета аттестаты были выданы ученикам не только восьмого, но и седьмого класса. Этот «двойной» выпуск стал последним выпуском «старой» дореволюционной школы.
Одновременно с Альбертом в школе учились будущие генерал-майор интендантской службы Сергей Николаевич Перетерский (1900-1971), архитектор Яков Давидович Гликин (1900-1989), геоботаник Артемий Сергеевич Порецкий (1901-1942), старший брат Дмитрия Сергеевича Лихачева, будущий инженер-электрик Михаил Сергеевич Лихачев (1901-1987), будущий проректор Ленинградского Технологического института целлюлозно-бумажной промышленности к.т.н. Василий Александрович Зконопниц-Грабовский (1901-1967), будущий писатель и журналист Михаил Николаевич фон Энден (1901-1934) [«И», 3].
На один класс старше учился будущий писатель Лев Васильевич Успенский (1900-1978), оставивший замечательные записки, прекрасно передавшие дух знаменитого учебного заведения. Вот как Лев Успенский характеризовал атмосферу школы:

«Я еще не встречал за всю мою жизнь ни одного «майца», который бы не вспоминал свою школу с великой признательностью, с чувством теплой любви к ней и к самому ее зданию, к ее кабинетам и лабораториям, так же как и к ее преподавателям — нашим отличным во всех отношениях учителям, и к тому духу школы, который воплощался в постоянно повторяющихся в ней словах, в старом педагогическом девизе, звучавшем «Сначала полюби, а потом уж обучай». Школа Мая давала своим питомцам главное — любовь к знанию и умение не сидеть в ожидании очередной порции этих знаний, как сидит кукушонок, разинув рот, на краю гнезда, ожидая, чтобы ему сунули в разверстую глотку очередную гусеницу, а летать самому за своей познавательной пищей, добывать ее в охотничьей погоне, приспосабливаясь к разным условиям охоты, наслаждаясь самим процессом познавания. Смело скажу, что в том интеллектуальном фонде, который я приношу с собой к концу жизненного пути, по меньшей мере три четверти сложилось во мне уже в гимназии Мая, усилиями ее учителей. Добавлю к этому, что и в образовании «морального» Я каждого из нас, бывших «майцев», роль нашей школы подавляюще велика» [«И», 4].

В 1917 г. Сибирский Торговый Банк был национализирован. Отец Альберта уехал в Берлин, мать с детьми осталась в Петербурге. В феврале 1918 г. Альберт сдал выпускные экзамены в гимназии и получил аттестат и осенью того же года поступил на биологический факультет Петроградского Университета. Несмотря на переломный период, как во всей стране, так и в его собственной жизни, лето 1918 г. – последнее петербуржское лето – Альберт провёл в атмосфере юношеских порывов, дружбы и больших надежд. Из приятелей и знакомых сложилась компания, в которую входили будущие известные этнограф Нина Гаген-Торн и геолог Юрий Шейнманн. Молодежь даже гостила на даче Лунцев в Боровичах [«И», 5]. Все закончилось, когда отец настоял, чтобы семья присоединилась к нему в Берлине. Альберт очень не хотел уезжать из Петербурга, но решение уже было принято.
В Берлине финансовое положение семьи было уже совершенно иное, нежели в дореволюционном Петербурге. Отец — юрист по образованию — открыл свою контору, мать была вынуждена давать частные уроки игры на пианино, а Альберт начал работать переводчиком в Торгпредстве СССР. Кроме немецкого, он блестяще владел французским и читал на нескольких европейских языках. В зрелом возрасте Альберт стал полиглотом – читал на 12 языках, включая латынь. Но лингвистический талант, как и музыкальный, не отвлек его от самого главного — биологии. Продолжая работать в Торгпредстве, Альберт поступил на медицинский факультет Берлинского Университета им. Гумбольдта. Его интересовали не столько медицина, сколько биология – микроорганизмы, проблематика развития живых организмов, эмбриогенез. После окончания учёбы он не покинул университет, а приступил к работе в Институте радиационных исследований при Берлинском Университете (Institut für Strahlenforschung der Universität Berlin). Его исследования были посвящены влиянию световых стимулов (фототаксис) и облучения радием на микроорганизмы. Позже, уже в Советском Союзе, Альберт Лунц позиционировал себя как ученика профессора Макса Гартманна – зоолога и естесствоиспытателя, директора Института биологии Кайзера Вильгельма (Kaiser-Wilhelm-Institute für Biologie). В некоторых публикациях берлинского периода именно этот институт указан как место проведения исследований. В 1926 г. вышла в свет его немецкоязычная книжная публикация о развитии коловраток [Основные труды, 1]. Эта брошюра в 47 страниц доступна читателям библиотеки Берлинского Университета и Немецкой Национальной Библиотеки.
В Берлине он познакомился со своей будущей женой, Татьяной Васильевной Старковой, которая также училась на медицинском факультете Берлинского университета – изучала педиатрию. Татьяна Васильевна была дочерью заместителя торгпреда СССР в Берлине Василия Васильевича Старкова, одного из основателей Петербургского "Союза борьбы за освобождение рабочего класса", соратника В. И. Ленина по ранней революционной деятельности и товарища по сибирской ссылке [«И», 6, 7]. Так причудливым образом, вопреки своему желанию, переплелись судьбы двух совершенно разных семей.
В 1932 г. Альберт с женой, четырехлетним сыном Георгием и тещей Антониной Максимильяновной Кржижановской-Старковой вернулся в Советский Союз. Это решение оказалось судьбоносным. Во время Второй мировой войны переехавшие во Францию мать и сестра Альберта (Эмма Лунц и Екатерина Португалова) попали в руки к нацистам и были вывезены в Освенцим, где, по всей вероятности, и погибли. Если бы Альберт остался в Берлине, его ждала бы подобная судьба.
Получение советского паспорта было довольно сложной задачей. Свою роль сыграло активное участие Альберта в деятельности Союза советских студентов в Германии [«И», 8]. В конце концов после всех перипетий семья приехала в Москву. Альберт Максимович работал в Биологическом институте им. К.А. Тимирязева Комакадемии при ЦИК СССР (в настоящее время институт носит название Институт проблем экологии и эволюции имени А. Н. Северцова РАН) с такими видными исследователями как Э. С. Бауэр, С.М. Гершензон, М.С. Мицкевич, А.С. Серебровский, Х.С. Коштоянц, А.М. Грановская и др [«И», 9]. Лунц продолжал заниматься протистологией, изучал в т.ч. влияние на простейшие микроорганизмы электрической стимуляции (гальванотаксис). В 1936 г., в возрасте 35 лет, Лунц без защиты кандидатской диссертации получил степень доктора наук по совокупности работ.
Когда наступил печально известный 1937 г., среди сотрудников и коллег Альберта Лунца начались аресты. Альберт решил на всякий случай уехать из Москвы и переждать этот период, работая в каком-нибудь учреждении, не привлекающем к себе столько внимания. Выбор пал на Саратов. В 1939 г. он вступил в должность заведующего кафедрой общей биологии в Саратовском Государственном Медицинском Университете им. В. И. Разумовского (СГМУ). Как доктор наук Альберт Максимович получил большую служебную квартиру в новом «профессорском» доме на ул. Советской, где и жил до конца жизни.
Альберт Максимович был очень требовательным и принципиальным преподавателем — получить у него высокую оценку было трудно, за списывание и подсказки он ставил вопрос об отчислении. Его бывший студент, врач-отоларинголог Михаил Пархомовский, в своих автобиографических заметках пишет о нем так:
«Самой впечатляющей фигурой среди преподавателей был профессор Лунц, заведовавший кафедрой биологии. (…) Его лекции, безукоризненные по содержанию, построению и языку, воспринимались с захватывающим интересом. Когда заходила речь о Лунце, кто-нибудь обязательно произносил фразу: «На его лекциях слышно, как муха пролетит». Не могу это подтвердить, – я на его лекциях слышал только Лунца. Он был сух и строг и, будучи среднего роста, возвышался над людьми. Тех, кто позволял себе шептаться в аудитории, он просто выгонял. Тем не менее студенты его, как правило, обожали. Некоторые ходили на его лекции и по окончании курса биологии. Единицы – ненавидели. Это от них он время от времени получал оскорбительные записки. Равнодушных не было. (…) В 1975 г., будучи в Саратове, я зашел на кафедру биологии. Жалкое она производила впечатление без Лунца» [«И», 10].
В 1948 г. над головой Альберта Максимовича стали сгущаться тучи. В августе этого года состоялось расширенное заседание Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук имени В. И. Ленина (знаменитая т. н. «августовская сессия ВАСХНИЛ»), на которой произошло решающее столкновение сторонников Т. Д. Лысенко – представителей идеологически правильной «мичуринской агробиологии», – и классической генетики. В результате последние были официально объявлены лжеучеными, которых презрительно обзывали «вейсманистами-морганистами». По всей стране прошла волна «разоблачений» и увольнений многих научных работников, не желавших в угоду идеологии заниматься псевдонаучными исследованиями. В их числе оказался и Альберт Максимович Лунц, которого в 1948 г. освободили от заведования кафедрой и отстранили от преподавательской деятельности «за пропаганду лжеучения Менделя и вейсманизм-морганизм» [«И», 11, 12, 13]. Довольно характерно было то, что генетикой Лунц не занимался. Пытаясь воспротивиться несправедливому увольнению, он настоял на научной экспертизе своих работ. Из Москвы пришло заключение: работы не имеют ничего общего с порицаемой классической генетикой, – однако положения это не спасло. О событиях 1948 г. упоминает в своей автобиографии известный биохимик и микробиолог, выпускник Саратовского Государственного Медицинского Университета Игорь Домарадский:
«В 1948 году я присутствовaл нa открытом пaртийном собрaнии, посвященном сессии ВАСХНИЛ. Основным «козлом отпущения» нa нем стaл проф. Лунц, окaзaвшийся «ярым проводником менделизмa-моргaнизмa» и последовaтелем учения Гегеля. Об этом он сaм скaзaл, в ответ нa вопрос председaтеля собрaния проф. Поповьянa, специaльно прислaнного в Сaрaтов нa должность ректорa Мединститутa «для нaведения порядкa»: «Кто Вы, профессор Лунц?»» [«И», 14].

Опубликованные работы Альберта Максимовича Лунца оказались под запретом и тем самым выбыли из научной дискуссии в СССР, а потом и в современной России. Книг человека, получившего докторскую степень за сам факт активной и плодотворной научной деятельности, сегодня невозможно найти ни в Российской Государственной Библиотеке, ни в российских электронных базах данных. Его фундаментальный труд «Световые раздражители у простейших и их регуляция при переходе от одноклеточного к многоклеточному организму» практически недоступен исследователям – хотя и считается до сих пор значимым и актуальным [«И», 15]. Статьи, публиковавшиеся в ведущих советских научных журналах, таких как «Биологический журнал», «Журнал общей биологии», «Бюллетень экспериментальной биологии и медицины» и др., также невозможно найти через современные академические базы публикаций. Конечно, нельзя сказать, что работы Лунца на родине окончательно забыты – на некоторые статьи порой ссылаются современные российские исследователи [«И», 16, 17]. И тем не менее, это капля в море по сравнению с популярностью немецких публикаций Лунца у европейских специалистов. Изданный в 1935 г. на немецком языке сборник работ сотрудников Биологического института им. К.А. Тимирязева под редакцией М. А. Лунца [Основные труды, 12] можно не только прочитать в голландских или китайских (!) библиотеках, но и купить через интернет-магазины. Что интересно, сборник был издан в Москве, но найти его в российских библиотеках практически невозможно. Изданная на немецком языке работа о коловратках доступна в библиотеках не только в Германии, но и во Франции и даже в США в Музее сравнительной биологии Гарвардского университета. Статьи, опубликованные в журналах «Klinische Wochenschrift», «Archiv für Protistenkunde», «Zeitschrift für vergleichende Physiologie», «Naturwissenschaften», «Biologisches Zentralblatt» выставлены на продажу на портале SpringerLink и активно цитируются [«И», 18-25].
После увольнения из СГМУ Альберт Максимович Лунц работал в Саратовском научно-исследовательском институте ортопедии и восстановительной хирургии (сейчас институт носит название СарНИИТО), куда пришёл по приглашению основателя и директора института С. Р. Миротворцева, преподавал на фельдшерских курсах и сотрудничал с санэпидстанцией. Со смертью И. В. Сталина закончились и гонения на генетику. Альберту Максимовичу опять предложили кафедру, но он категорически отказался. В 1964 г. он вернулся в Саратовский медуниверситет, но уже исключительно в качестве научного сотрудника. В 1962 г. при СГМУ была организована Центральная научно-исследовательская лаборатория (ЦНИЛ СГМУ), и спустя четыре года заведующим одной из лаботаторий стал Альберт Максимович Лунц. В ЦНИЛ он занимался исследованиями в области онкологии и генетики. После выхода на пенсию Лунц остался при ЦНИЛ консультантом и внештатным добровольнем. Несмотря на официальный статус пенсионера, продолжал много и активно работать, проводил лабораторные эксперименты (в т. ч. на мышах), публиковал результаты в биологических журналах.
Альберт Максимович Лунц умер в 1977 г. в Саратове. У него было двое детей и четверо внуков, одна из внучек также выбрала профессию биолога. По словам Михаила Пархомовского, бывшие студенты СГМУ, съехавшиеся в Саратов на тридцатилетие выпуска, «поехали поклониться могиле Лунца...».

Основные труды:
1. Albert Luntz, Untersuchungen über den Generationswechsel der Rotatorien : I. Die Bedingungen des Generationswechsels, Berlin, Univ., Diss., 1926.
2. Luntz, A., Untersuchungen über den Generationswechsel der Rotatorien. I. Die Bedingungen des Generationswechsels // Biologisches Zentralblatt, 1926., Bd. 46, pp 233–278.
3. Luntz, A., Untersuchungen über den Generationswechsel der Rädertiere. II. Der zyklische Generationswechsel vonBrachionus bakeri // Biologisches Zentralblatt, 1929, Bd. 49, 193–211.
4. L. Halberstaedter, A. Luntz, Radiumversuche an Eudorina Elegans // Klinische Wochenschrift, 1929, Volume 8, Issue 37, p 1719.
5. L. Halberstaedter, A. Luntz, Die Wirkung der Radiumstrahlen auf Eudorina Elegans // Archiv für Protistenkunde, nr 68, 1929, p. 177-186.
6. Albert Luntz, Die sexuellen Zyklen der Rädertiere // Naturwissenschaften, 1931, Volume 19, Issue 27, pp 585-590.
7. Albert Luntz, Untersuchungen über die Phototaxis. I. Mitteilung: Die absoluten Schwellenwerte und die relative Wirksamkeit von Spektralfarben bei grünen und farblosen Einzelligen // Zeitschrift für vergleichende Physiologie, 1931, Volume 14, Issue 1, pp 68-92.
8. Albert Luntz, Untersuchungen über die Phototaxis. II. Mitteilung: Lichtintensität und Schwimmergeschwindigkeit bei Eudorina elegans // Zeitschrift für vergleichende Physiologie 1931, Volume 15, Issue 4, pp 652-678.
9. Albert Luntz, Untersuchungen über die Phototaxis. III. Mitteilung: Die Umkehr der Reaktionsrichtung bei starken Lichtintensitäten und ihre Bedeutung für eine allgemeine Theorie der photische Reizwirkung // Zeitschrift für vergleichende Physiologie, 1932, Volume 16, Issue 1, pp 204-217.
10. Albert Luntz, Untersuchungen über die Galvanotaxis der Einzelligen. 1.Mitteilung. Wirkung des Gleichstromes auf Oxytricha // Биол. Журн., nr 3, 1934, c. 477- 489.
11. Albert Luntz, Untersuchungen über die Galvanotaxis der Einzelligen. 1.Mitteilung. Wirkung des Gleichstromes auf Oxytricha // Archiv für Protistenkunde, nr 84, 1935, c. 495- 517.
12. A.M. (Hg.) Luntz, Probleme der theoretischen Biologie: Arbeiten aus d. Timirjaseff-Institut f. Biologie Moskau, hrsg. zum 15. Todestag von K. A. Timirjaseff, Moskau: Inra, 1935.
13. Albert Luntz, Regulation von Photo- und Galvanotaxis bei Volvox // Bulletin de biologie et de médecine experimentale de lURSS., Volume 2, # 4, Biomedgiz, 1936, pp 97-98.
14. Лунц А. М. О применении парамеций для диагностики рака // Бюллетень экспериментальной биологии и медицины. 1951. - № 6. -С. 466-471.
15. Лунц А. М. О периодичности делений у Eudorina Elegans EHRBG // Журнал Общей Биологии, № 29 (2), с. 250-251, Москва, 1968.


Источники:
1. ЦГИА СПБ, ф. 144, оп. 2, дело 134, лист 138.
2. ЦГИА СПБ, ф. 361, оп. 1, дело 2453, дело 4087.
3. Благово Н. В. Школа на Васильевском острове. Ч. 1. СПб., Наука, 2005.
4 Лев Успенский. Записки старого петербуржца.–Л.: Лениздат.– 1970.
5. Гаген-Торн Н. И. Memoria / сост., предисл., послесл. и примеч. Г. Ю. Гаген-Торн, Москва: Возвращение, 1994.
http://www.sakharov-center.ru/asfcd/auth/?t=page&num=469
6. Кутырев П., Алексеев А., Чулков А., Василий Старков. - Саратов: Приволжское книжное издательство, 1972.
7. В. И. Ленин. Полное собрание сочинений. Т. 55 (письма к родным за 1893—1922 гг.), Москва: Политиздат, 1975.
8. «Признание» П. Р. Классона в ГПУ, 1938 г. http://www.famhist.ru/famhist/klasson/0000d942.htm#003f6885.htm.
9. С. Э. Шноль, Герои, злодеи, конформисты отечественной науки, М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2010.
10. М. А. Пархомовский, Из жизни врача, 2008, http://dostoyaniye.com/mixail-parxomovskij-iz-zhizni-vracha-3.htm.
11. Сайт СГМУ, http://www.sgmu.ru/info/str/depts/bfb/
12. В. А. Гижов, Идеологические кампании 1946-1953 гг. в российской провинции, автореферат, Саратов, 2004
13. Л. В. Харинина, Идеологические кампании в вузах нижнего Поволжья в 1946-1949 гг. // Стрежень: научный ежегодник, Вып. 7., Волгоград: Издатель, 2009. с. 119-126.
14. И. В. Домарадский, Перевертыш, Москва, 1995.
15. Календарь знаменательных и памятных дат истории медицины - 2012, сост. Н. В. Новоселова, СГМУ, Саратов 2012. Заметка об А. М. Лунце, http://library.sgmu.ru/Files/Calender%202012.htm.
16. Д. О. Виноходов, Научные основы биотестирования с использованием инфузорий, дис. на соискание степени доктора биологических наук, Санкт-Петербург, 2007.
17. A. G. Desnitski, Cellular Mechanisms of the Evolution of Ontogenesis in Volvox // Archiv für Protistenkunde, nr 141, 992, c. 171 – 178.
18. Selina W. Bendix, Phototaxis // The Botanical Review, April–June 1960, Volume 26, Issue 2, pp 145-208.
19. S. Heinz Voerkel, Untersuchungen über die Phototaxis der Chloroplasten // Planta 1933, Volume 21, Issue 1, pp 156-205.
20. Hans Buchner, Herbert Kiechle, Paula Hamm, Zur Fortpflanzungsbiologie der Rädertiere // Naturwissenschaften 1965, Volume 52, Issue 12, p 352.
21. Hans Buchner, Experimentelle Untersuchungen über den Generationswechsel der Rädertiere // Zeitschrift für Induktive Abstammungs- und Vererbungslehre 1937, Volume 72, Issue 1, pp 1-49.
22. Prof. Dr. Fritz Rauh, Untersuchungen über die variabilität der Rädertiere // Zeitschrift für Morphologie und Ökologie der Tiere 1963, Volume 53, Issue 1, pp 61-106.
23. W. D. P. Stuart (ed.), Algal Physiology and Biochemistry, University of California Press, 1974.
24. W. S. Schultz, A bibliography of marine radiation ecology prepared for the seabed program, Dept. of Energy, Sandia National Laboratories, 1980.
25. Marcel Florkin (ed.), Comparative Biochemistry V1: A Comprehensive Treatise, London, Academic Press, 1960.
26. ГАРФ, ф. Р9506 «Высшая аттестационная комиссия (ВАК) при Совете Министров СССР.», оп. 5. «Биологические науки (доктора, профессора). 1926-1969 гг.», Дело 548 «Лунц Альберт Максимович», крайние даты дела: 1935 — 1941 гг.
27. ГАРФ, ф. Р8009. «Министерство Здравоохранения», оп. 2. «Ученый медицинский совет. 1936-1967 гг.», дело 2122 «Материалы по предложению проф. А.И. Лунца "Опыт изучения распространения злокачественных новообразований в Саратовской обл." (выписки из протоколов, стенограммы заседаний, решения и др.)», крайние даты дела: 1954.




Информационную страницу сайта подготовили правнучка А.М. Лунца, Татьяна Бусыгина (Варшава) © и Мурат Тимурович Валиев (Санкт-Петербург) ©.
02.01.2015             


Дополнительные материалы:


Фотолетопись:


07.07 День рождения выпускника нашей школы, действ. чл. АХ СССР О.Г.Верейского

12.07 День рождения бывшего ученика нашей школы, контр-адмирала, писателя, В.А.Петровского

22.07 День рождения выпускника нашей школы, действ. чл. АХ СССР В.А.Леняшина

11.08 День рождения выпускника нашей школы, профессора А.А.Кракау

21.08 День рождения выпускника нашей школы, действ. чл. АН Бел ССР М.А. Ельяшевича

25.08 День рождения выпускника нашей школы, академика архитектуры А.А. Бруни


























2009-2011 © Разработка сайта: Яцеленко Алексей