Главная     История     Персоны     Фотолетопись     Публикации     Новости     Музей     Гостевая книга     Контакты

Персоны

Ученики. Годы учёбы
1856-1918     1918-1937     1937-1944     1944-2009    
Педагоги. Годы работы
1856-1918     1918-1937    
1937-1944     1944-2006    



Периоды:





13.12.2017
На сайте выставлена обновленная биографическая страничка Бориса Алексеевича Муромцева, учившегося в реальном училище К.Мая в 1909-1915 гг. и преподававшего в нашей школе химию в 1920-х гг.





Николай Константинович Рерих      
              
27.09. (09.10  - н.ст.) 1874– 13.12.1947

выдающийся художник и философ 

действительный член АХ (1909 г.)

выпускник гимназии 1893 г.





Николай Рерих учился в гимназии Карла Мая с 1883 г. по 1893 г. Уже в день поступления в приготовительный класс гимназии сын известного петербургского нотариуса показал такой уровень знаний и интеллекта, что обратил на себя внимание Карла Ивановича, который назвал его будущим профессором. Домашнее воспитание, природа принадлежащего Рерихам поместья Извара, участие в раскопках местных курганов — всё это было благодатной почвой для раскрытия и развития природных способностей, чему в немалой степени способствовали и занятия в школе, в особенности, уроки географии и истории.

Эпизоды школьной поры иногда встречаются и в воспоминаниях о нём. Так, американская сотрудница Рерихов З.Г. Фосдик (1889–1983) в дневниковой записи от 21 июля 1922 г. отметила:
«Н.<иколай> К<онстантинович> рассказал забавный факт. Директора гимназии, где он когда-то учился, на Пасху поздравляли: “Христос Воскресе, поздравляю, Карл Иваныч!”. А он обычно отвечал: “И я тоже”».

Наглядно-исторический метод преподавания в сочетании с тематическими школьными спектаклями и познавательными экскурсиями возбудили у гимназиста интерес к более глубокому изучению событий далёкой старины. Школьные спектакли, как географические, где он, например, исполнял роль реки Волги, так и драматические, чаще — по произведениям Н.В. Гоголя, любимого им за высокую духовность и тонкую потусторонность, — позволили проявить успехи и в рисовании, поскольку ему предлагали участвовать в оформлении декораций и программок.
Учёба в гимназии проходила с переменным успехом; высшим баллом из года в год оценивались знания по истории, естественные предметы постигать оказывалось труднее. Помимо рисования и археологии, Николай проявил себя и на литературном поприще. Литературные способности Николая Рериха проявились ещё в годы учёбы в школе; первая публикация относится к 1891 г., когда в «Охотничьей газете» были напечатаны его рассказы. С этого года очерки (некоторые из них публиковались под псевдонимом Изгой) и рисунки можно встретить на страницах таких журналов, как «Звезда», «Русский охотник» и др. Занятия в школе неоднократно осложнялись неудовлетворительным состоянием его здоровья, для которого сырой петербургский климат был неблагоприятен. Так, весной 1888 г., начиная с марта и до конца учебного года, включая экзаменационный период, Николай Рерих отсутствовал на занятиях, что повлекло за собой повторное прохождение курса четвёртого класса. Через четыре года, весной 1892 г., ситуация повторилась. На этот раз ему пришлось много заниматься летом, чтобы перед началом последнего года учёбы сдать пропущенные экзамены.
Едва ли не с первых уроков истории заслужил уважение в глазах гимназиста Рериха молодой тогда преподаватель этого предмета, о чём свидетельствует надпись на фотографии, сделанная в ту пору: «Дорогому Александру Лаврентьевичу Липовскому на добрую память от Николая Рериха. СПб. 25.Х.92».

Восьмилетний гимназический курс Николай Рерих окончил весной 1893 г. четвёртым по успеваемости со средним баллом 3,73. Среди девяти других выпускников этого класса были будущий крупный гидростроитель Иван Васильевич Петрашень (1875–1937) и будущий крупный архитектор эпохи модерна Фридрих-Август Фридрихович Постельс (1873–1960). В полученном аттестате было указано, что «поведение его вообще было отличное, исправность в посещении и приготовлении уроков, а также в исполнении письменных работ образцовая, прилежание примерное и любознательность по всем вообще предметам весьма живая». Свидетельством последней черты характера может служить «Список первоначальных руководств для самообразования», по-видимому написанный в начале 1890-х годов. Его бережно хранила долгие годы Людмила Степановна Митусова. Он содержит 12 разделов — математики; механики; астрономии; физики; химии; физической географии, геологии, метеорологии; физиологии (биологии); логики и психологии; социологии; философии (с подзаголовком «систематизация наук и вопрос о смысле жизни»); изучения России; художественной литературы — что характеризует широкий диапазон интересов юноши.
Впоследствии Николай Рерих, будучи уже студентом Академии художеств, на базе этой программы создал кружок самообразования, просуществовавший, правда, недолго.
Н.К. Рерих поступил одновременно в два высших учебных заведения —Университет на юридический факультет, согласно желанию отца, и в Академию художеств, в соответствии с явно обнаруженными способностями и собственным влечением. Узнав об этом, В.А. Кракау, как записал в 1894 г. в своём дневнике Н.К. Рерих, «сказал, что помимо остального во мне уже есть большое преимущество перед многими художниками — это образованность и знание многого такого, что другие не знают». Это мнение автор дневника прокомментировал со свойственной ему скромностью: «Господи, помоги оправдать его слова. В глубине души сознаю, что не заслужил такого отзыва, кроме, разве, по русской истории».

Своим трудом и непревзойдёнными достижениями Н.К. Рерих не только оправдал эти слова В.А. Кракау и пророчество К.И. Мая, но и стал одним из величайших мыслителей-гуманистов двадцатого века, автором тысяч замечательных живописных полотен. В 1897 г. Н.К. Рерих успешно окончил Академию художеств, получив звание художника за картину «Гонец. Восста род на род», сразу же приобретённую П.М. Третьяковым с выставки в Академии художеств. В следующем году защитой диплома «Правовое положение художников Древней Руси» завершилось его университетское образование. Весь его дальнейший жизненный путь, более или менее изученный и освещённый в многочисленной литературе, был посвящён творчеству, которое с каждым годом находило всё большее признание. Уже в 1901 г. он был выбран секретарём Императорского общества поощрения художеств, в 1906 г. стал директором Школы этого общества, а в 1909 г. Академия художеств избрала Н.К. Рериха своим действительным членом. Диапазон его творческих направлений весьма широк — здесь и огромное число полотен на мифологизированные исторические темы, и декорации к спектаклям, и монументальная живопись, и пейзажи, и этюды, созданные во время различных научных экспедиций, серьёзные археологические изыскания и, конечно, сочинения. Если прибавить к этому многочисленные выставки в различных странах мира, организационную деятельность во всевозможных обществах и заботы о возникшей в 1901 г. семье, в которой росли два сына, можно только поражаться, как при всём этом ему удавалось оставаться всегда таким, каким его великолепно описал младший сын Святослав. Согласно его воспоминаниям, это был «человек с ясным и задумчивым лицом. У него всегда был спокойный голос, он никогда не повышал его, и всё выражение его лица отображало ту удивительную выдержку и самообладание, которые являлись основой его характера. Это было спокойствие незаурядного человека, серьёзного и приветливого, вдумчивого, с замечательно острым чувством юмора. Во всех его движениях была уравновешенная гармония. Он никогда не спешил, и всё же продуктивность его была изумительной. Он писал крупным и ясным почерком, никогда не исправляя и не меняя своих предложений и слов, и менее всего своих мыслей. При всех обстоятельствах, в наиболее трудных положениях он оставался спокойным и выдержанным и никогда не колебался в своих решениях».
Николай Рерих старался сохранить связь с родной школой. Когда гимназия переехала в новое здание маститый художник, возглавивший к тому времени объединение «Мир искусства», откликнулся на это событие поздравительной телеграммой такого содержания: «Приветствую освящение нового здания Гимназии, сердечно желаю великополезному делу блестящих успехов, сожалею, что не могу быть лично. Николай Рерих. 31 окт. 1910 г.». Своё отношение к появлению нового дома у alma mater он выразил не только короткими строками телеграфного текста, но и — спустя четыре года — статьёй, в которой подробно характеризовал исторический кабинет школы, естественно, наиболее близкий ему по интересам. В этом кабинете хранились и экспонаты из первых курганных раскопок Рериха, о которых он вспоминал впоследствии: «От школьных лет в гимназии Мая оставалось несколько моих памяток. Были предметы из первых курганных раскопок вблизи нашего поместья Извара Царскосельского уезда». Содержание вышеупомянутой статьи, мысли, высказанные автором, их актуальность, дают основание для воспроизведения большей её части в контексте этой статьи.

Достижения

…Средняя школа, с младших ступеней, задумалась над тем, что ещё недавно оставалось откинутым, оставалось смешным. Созданное для смысла жизни, для красоты, входит в кругозор младших школьников. Это уже победа! Очарование перейдёт в жизнь. Очень радуюсь. Смотрю на книжечку. Мы с вами таких книг не видели. Появиться она могла только теперь. “Учебно-вспомогательные учреждения гимназии и реального училища К.И. Мая, под редакцией директора А.Л. Липовского. I. Исторический кабинет”. Я давно знаю светлую работу Александра Лаврентьевича Липовского и радуюсь, что именно он руководит в новых завоеваниях средней школы в области истории и искусства. Просмотрите книжечку. Посмотрите, чем вооружает гимназия своих питомцев с первых ступеней сознательного кругозора. Все лучшие издания налицо. Все вспомогательные таблицы. Воспроизведения картин лучших художников. Живое единение древности с современным искусством. Заботливо вливаются в художественную обстановку личные работы учеников. Лепка. Рисунки. Воображаю, сколько радости малышам прилагать и своё умение к такому строительству. Кроме изданий, картин и моделей, при кабинете свой музейчик подлинных вещей. Эту сторону кабинета можно развить ещё обширнее. Если каждый ученик принесёт хоть по одному предмету искусства и старины — сколько сот вещей сразу прибавится! А ученики понесут. Каждому интересно оставить хоть одну вещь на общую пользу и радость. Сами принесут. Сами научатся живо и точно описать вещь и охранить её прочно. Живое дело. Нас не подпускали к нему. Перед молодёжью новые пути. Этими путями обновится вся жизнь, и надо всеми силами помочь средней школе наилучшими мерами расширить задачи, которые поведут к завоеваниям прекрасным. Радуюсь я движению средней школы и потому, что, сходя до малых, захватывая широкий круг, изучение искусства и древности выйдет за пределы чего-то особенного, за пределы патриотизма и национализма и перейдёт, подобно обычной грамотности, в широкую область чувств и знаний общечеловеческих. Перейдёт к мудрой, спокойной оценке и радости. Пока значение искусства укрепится, если кто скажет, что во имя искусства упрекают его и злословят, скажем: Разве враждующие могут помешать радоваться, работать, творить? Помешать знать и творить не может никто».

Заключительные слова звучат как оптимистический девиз, определяющий основной смысл жизни во все времена и для всех народов. Директор школы, находившийся в то время на отдыхе в Пятигорске, тотчас ответил на публикацию благодарственным письмом в Смоленск, где Н.К. Рерих работал тогда в имении княгини М.К. Тенишевой (1858 – 1928):
«Дорогой Николай Константинович! Прочёл Вашу заметку в “Русском слове”, с чувством глубокой признат<ельности> к Вам за доброе отношение к<о мне и> за лестный отзыв о нашем <каби>нете и вообще за сочувст<вие> скромным стремлениям ср<едней> школы к высшим “достижениям”. Сердечно преданный Вам А. Липовский».
Незадолго перед этим, 5 декабря 1913 г., школа направила письмо в Комитет Общества поощрения художеств с просьбой о пожертвовании художественных изданий для исторического кабинета, описание которого прилагалось. Н.К. Рерих тотчас сделал соответствующее распоряжение, в результате чего в адрес возглавлявшегося им Общества было направлено письмо следующего содержания: «Педагогический Совет гимназии и реального училища К. Мая приносит Комитету Императорского Общества Поощрения Художеств свою искреннюю признательность за пожертвования изданий общества: “Сокровища России”1, “Русский орнамент” и “Русский народный орнамент”. Директор А. Липовский 16 апреля 1914 г.»
Маститый художник, где бы он ни находился, всегда охотно поддерживал отношения с учителями школы. «…Любезно разговаривал с Саковским и Солнцевым — всё-таки учителя Мая…», — писал он жене из Кисловодска 19 июня 1913 г. Когда Николай Константинович узнал, что исполняется 25 лет педагогической деятельности А.Л. Липовского, то не преминул послать большое, полное добрых слов поздравление. В свою очередь, школа, которая всегда радовалась успехам воспитанников, не забыла через год отметить аналогичный юбилей Н.К. Рериха, отправив ему короткое, но ёмкое поздравление:
«Глубокоуважаемый Николай Константинович! Педагогический Совет Гимназии К. Мая, имевшей счастье лелеять Ваши отроческие и юношеские годы, приветствует ВАС, ГОРДОСТЬ РУССКОГО ИСКУССТВА, по случаю 25 летнего юбилея Вашей славной художественной деятельности и желает Вам многая лета. Директор А. Липовский Секретарь Ф. Нечаев 11 Декабря 1915 г.».
В послереволюционные годы, когда не менее плодотворная жизнь Н.К. Рериха протекала за границей, уже не было возможности поддерживать непосредственную связь со школой, однако, в датированных 1935, 1937 и 1947 гг. «Листах дневника» он поместил немало добрых слов, относящихся к школьным годам. Но определяющей главой в этой книге биографических, глубоко философских очерках является та, которая имеет название «Знаки жизни». Написанные в ней строки показывают великую глубину постижения Н.К. Рерихом земной жизни; иногда кажется, что этот человек один сумел сформулировать понятия человеческого существования и суть его благородных устремлений. И в том, что выдающийся художник и философ был когда-то обычным учеником гимназии К. Мая, есть особый символ беспрерывной связи времён, единства простого и великого. «Если бы кто-то сказал, что ему некогда думать о прошлом, — писал Н.К. Рерих, — ибо всё его сознание устремлено лишь в будущее, тогда можно бы пожалеть о его ограниченности, но всё же понять эту своеобразную устремлённость. Но когда люди по лености и нелюбопытству даже о ближайшем прошлом забывают, а в то же время по убожеству и косности не позволяют себе даже помыслить о будущем, тогда получается какое-то неживое состояние организма, ибо организм лишь пищеварительных функций не может быть существом человеческим», что, естественно, недопустимо для любого человека, независимо от уровня его развития.
  Информационная страничка полностью основана на материалах книг Н.В. Благово.

Литература:
Благово Н.В. Школа на Васильевском острове. СПб., «Наука», 2005. Ч. 1.
Благово Н.В. Семья Рерихов в гимназии К.И.Мая. СПб, «Наука», 2006 г. 



Дополнительные материалы:


Фотолетопись:



























2009-2011 © Разработка сайта: Яцеленко Алексей