Главная     История     Персоны     Фотолетопись     Публикации     Новости     Музей     Гостевая книга     Контакты

Персоны

Ученики. Годы учёбы
1856-1918     1918-1937     1937-1944     1944-2009    
Педагоги. Годы работы
1856-1918     1918-1937    
1937-1944     1944-2006    



Периоды:





1.12.2022
На сайте размещена биографическая страничка инженера Павла Владимира Эрнестовича Шумана-Делакроа, учившегося в гимназии К.Мая в 1904-1909 гг.
26.11.2022
На сайте размещена биографическая страничка ученика 7 класса Алексея Александровича Бродского, учившегося в нашей школе в 1911-1913 гг.
25.11.2022
На сайте размещены обновленные странички братьев: геолога, доктора химических наук Виталия Владимировича Доливо-Добровольского, учившегося в нашей школе в 1912-1919 гг. и геолога, профессора Вадима Владимировича Доливо-Добровольского, учившегося в нашей школе в 1914-1921 гг.
25.11.2022
На сайте размещена обновленная и значительно дополненная страничка геофизика, генеалога Татьяны Владимировны Герхен, учившей в нашей школе в 1935-1937 гг.




Ушин Николай Петрович


Николай Петрович Ушин

29.3.1901 – 13.11.1961

военврач 2 ранга

участник Великой
Отечественной войны

учился в нашей школе
в 1912–1919 гг.

Николай Петрович Ушин, 1942 г. Архив Федотова А.Ф. [4]


Николай Петрович Ушин родился 29 марта 1901 году в Санкт-Петербурге в семье потомственного почетного  гражданина, домовладельца Петра Николаевича Ушина.В 1912 г., когда Николаю исполнилось 11 лет, родители определили его в первый класс Реального училища К.Мая. В это время семья Ушиных проживала по адресу Васильевский Остров, 2 линия, дом 11 [1]. Николай окончил девять классов уже Советской единой трудовой школы I и II ступени в 1919 году [2].

После окончания школы продолжил образование в Военно-инженерном техникуме, прошёл ускоренный курс автоинженерного факультета Высшей военно-автомобильной и броневой школы.Однако, истинным призванием Николая была медицина и следующим местом его учебы стала Военно-медицинская академия РККА. В 1929 году сдал государственные испытания и получил удостоверение на право врачебной практики на всей территории СССР. Через 15 дней Николай Петрович получил приказ о назначении младшим врачом в 77-й полк Златоустовской стрелковой дивизии. Прослужив два года, был уволен в запас. Работал хирургом в г. Кириллов, позднее - главным врачом и хирургом больницы пос. Сясьстрой Ленинградской области.Был снова мобилизован в 1939 г., участвовал в Советско-финской войне [3]. После начала Великой Отечественной войны, во второй половине июля 1941 года Ленинградский Облздравотдел приказал развернуть на базе Сясьстроевской больницы госпиталь на 150 коек. Военврач 2-го ранга Николай Петрович Ушин был назначен Начальником эвакогоспиталя № 2754, который начал свою работу 9 августа 1941 года.

Дальнейший материал излагается по статье Е. Халтуриной «Память о них сохраним» [4]:

«…В операционных и перевязочных немедленно развернулась работа. При этом не прерывалась ни на один час и работа по приспособлению зданий. Неутомимую энергию проявили технические работники комбината. Они поражали всех исключительной работоспособностью, заражая других своим энтузиазмом. Под их руководством был создан хороший пищевой блок в школе, подведена вода к вновь открытым перевязочным и операционным, установлено свыше 10 ванн. Инвентарь из Ленинграда к этому времени ещё не поступил. Нельзя так же не отметить помощь, оказанную молодому госпиталю работниками Леноблторга и фабрики-кухни, которые обеспечивали питанием раненых до открытия госпитального пищеблока.Каждое утро к 8 часам врачи и руководители служб являлись в штаб, где докладывали начальнику о состоянии дел и получали новую установку. Рабочий день длился до 9 – 10 часов вечера.Продолжал съезжаться медицинский и административно-хозяйственный персонал. В распоряжение командования госпиталя прибыли санитарные дружины из Волхова, Новой Ладоги и Мги. Начали свою работу лаборатория, аптека, подвозилось продовольствие, а все базы снабжения, на тот момент, были в Ленинграде.

… К сентябрю число раненых достигло уже полутора тысяч. Это произошло из-за того, что УРЭП-95, который находился в Волхове, перебазировался в Тихвин. А раненых с эвакогоспиталя № 1199 перевезли в Сясьстрой. Многие из них, были в больших гипсовых повязках и нуждались в отправке в глубокий тыл. Пришлось занять для их размещения помещение кинотеатра и класть раненых на пол на солому. Эвакуация была очень затруднена. Выздоровевших бойцов принимал пересыльный пункт в Волхове. Обменного материального фонда на тот момент не было, и многие бойцы выбыли в госпитальной одежде.Связь с Ленинградом окончательно прервалась к концу августа 1941 года. Трудно описать все события этого месяца, каждый день которого был насыщен до предела. Одновременно с ранеными прибывали вагоны с кроватями, медикаментами, мягким инвентарем, грузовики с продовольствием, рентгеновской аппаратурой. Много имущества было передано госпиталю из различных домов отдыха и пионерских лагерей.

…В начале сентября, в связи с приближением немецко-фашистских войск, госпиталь был эвакуирован на Север. Руководство всей работой по сворачиванию госпиталя, погрузкой в эшелон и продвижением на Север, было возложено на начальника госпиталя Ушина. Именно он принял ответственное решение, грозившее в условиях военного времени серьезными последствиями, не размещать госпиталь в поселке Нюхча, абсолютно неприспособленном к приему и содержанию раненых, и двигаться дальше в город Онегу. В конце сентября Николай Ушин выехал в Архангельск и представился начальнику санитарного управления Архангельского военного округа. Последний был крайне удивлён приезду госпиталя и даже был склонен наказать за самовольное прибытие. УРЭП-96 только начал формироваться, и поэтому они так же о прибывшем госпитале ничего не знали. Там Ушин встретил начальника санитарной службы Карельского фронта дивизионного врача тов. Клюсса. Он живо заинтересовался судьбой госпиталя, его кадрами, профилем и дал указание максимально расшириться до 1200 коек. В течение октября положение госпиталя, в смысле его ведомственной принадлежности, продолжало быть неясным, и только в самом конце октября госпиталь был окончательно передан НКО с подчинением УРЭП-96, который в 1943 г. был преобразован в ФЭП-96. В должности начальника госпиталя Николай Петрович Ушин проработал до марта 1942 года. После этого он проработал в госпитале в качестве врача-хирурга до апреля 1943 г., а затем был переведён в Онежскую районную больницу заведующим хирургического отделения. В этой должности он проработал до сентября 1943 года и затем был направлен в распоряжение Архангельского облздравотдела. После войны работал главным врачом Камышлинской райбольницы Самарской области»


Вот как описывает события предвоенного и военного времени сам Николай Петрович:   
 «… Я перебрался поближе к Ленинграду в Сясьстрой – где большой целлюлозно-бумажный комбинат. После сугубо провинциальной и тихой жизни в Кириллове почувствовал разницу и в людях, и в отношениях, и в быте. Можно было съездить в Ленинград и купить чего не хватало, да и в этом особой нужды не было. Комбинат снабжался хорошо, был прекрасный клуб, театр, кино… Больница была недавно построена но, увы, в ее стенах и балках завелся какой-то паразит – грибок. И никто не знал, чем его вывести. Природа Сясьстроя – унылая. Чахлые, реденькие с сернистыми глазами сосенки, болотца. Но несколько дальше, особенно к Волхову – природа чудесна. В трех километрах, Сясьские Рядки – большое, старинное село при впадение Сяси в Ладожское озеро. Можно перебраться на пароме в Новую Ладогу – дремлющий тихий городок. В этих местах хранят память о Петре, о великом полководце Суворове. Имеются остатки бастионов, укреплений. Недалеко жил Державин и писал свои стихи.

В первые же дни войны почти все врачи ушли по призыву, остались я и 2-3 женщины-врача, более пожилого возраста. Вскоре меня вызвали в Ленинград, в Облздрав и приказали немедленно приступать к формированию эвакогоспиталя. Я был назначен начальником ЭГ №2754 вне всякого плана.

Это было мое последнее посещение Ленинграда. Погода была чудесная. Еще были люди на Невском. Еще не начали эвакуацию детей. Еще можно было в буфете купить булку, колбасу. При подъезде к городу я видел разбитые и сгоревшие составы - вереницы черных вагонов и паровозов. Какая странная, мирная тишина в те дни стояла над городом, и никто не верил, что вскоре будет что-то такое ужасное – Блокада.

В Облздраве чувствовалась растерянность, что-то писали, что-то планировали. А главное, требовали немедленно приступить к организации госпиталя. Сколько коек? - 900... Как, где? Отвечали: «Всё найдете на месте. Используйте все помещения, клуб, больницу, все что возможно. На днях пришлем врачей, адм. хоз. персонал». Я вернулся в сильном смятении - с чего начинать? Управление комбината пожимало плечами: «Нам ничего не говорили, у нас свои заботы...». Поселковый совет? Он занят вопросом по добровольной сдаче облигаций и записи людей в народное ополчение.

Через несколько дней прибыл комиссар и начал действовать. Он носил офицерскую форму и знаки политрука - 1 «кирпич». Видно, что участник только что недавно закончившейся финской компании, где он тоже был комиссаром госпиталя. Меня поразили его установки - немедленно организовать красные уголки, читальни, клубы. Он приказал перенести всю мебель, которую можно было сдвинуть с места из Дома культуры, и загромоздил ею нижний этаж больницы. Получилось очень красиво и совершенно бестолково - надо было сохранить каждый кусочек палаты под койки. Цифра 900 жгла мне голову...

Приехали несколько врачей - сугубо гражданских мобилизованных, как и я, через Облздравотдел. Сунулся я в Райвоенкомат - там стояла пыль столбом. Единственно чего я добился это дали бухгалтера - начфина очень толкового парня, с опытом финской войны. А мне установили звание, которого не было, теперь я мог носить 2 «кирпича» - военврач II ранга. Но обмундирования не было.     Как-то мне позвонили из Ленинграда: завтра примите первый санпоезд - человек 400-450... Всю ночь мы работали. Очень помогли мальчики, ученики ремесленного училища: таскали койки, мебель, матрасы. Жалоб не было. Комиссар пыжился и командовал. Он потребовал себе особый кабинет, с замками, несгораемым шкафом, диван.... Он разъезжал на единственной нашей машине – карете скорой помощи.

Кое-как удалось что-то скомбинировать, расставить силы, наметить начальников отделений. Больница не могла разместить больше 100-120 раненых. Остальных поместили в огромном здании Дома культуры и школы. К счастью мне на помощь приехал опытный военврач, представитель ФЭП и очень помог советами. И вот мы встречаем первый санпоезд. Собралось всякое начальство: и представители дирекции комбината, и начальник милиции. Все считали себя главными, очень мешали.

Надо сказать, что Сясьстрой - место для эвакогоспиталя очень неудобное. Оно не на ж.д. магистрали, а в стороне от небольшой станции. Оттуда тянется одноколейная ветка, километра на три. Но об этом, видимо никто не думал. Фронт подкатывался к Пскову и еще ближе. Недалек был день, когда проклятое кольцо сомкнется, и город будет отрезан. Начнется Великое и Героическое мученичество Ленинграда. В первых числах сентября мы потеряли связь с Ленинградом, начальство разбежалось.

Никогда не забуду тех людей, с которыми пришлось работать в те тяжелые дни. Это были ленинградцы, они беспокоились за судьбы своих близких. Кольцо вокруг города смыкалось. Получив повестку из военкомата, девушки-сандружинницы прибыли к нам в легких летних платьях, с чемоданчиками в руках, наскоро собранными нехитрыми пожитками. Их родные остались там, за чертой проклятого окружения. Они были испуганы, не очень сыты, и совсем плохо одеты (нам так и не дали обмундирование и мы оделись кое-как в военную форму при помощи военных). Они болели за своих родных и работали как одержимые. Ни одной жалобы, ни одного хныканья.
Я не помню ваши фамилии, милые девушки, а теперь наверно уже солидные дамы, но я помню вас молодыми. Где вы, милые, чудесные девушки! Никогда вас не забуду, ваш скромный, незаметный подвиг. Не забыть женщин-врачей: хирурга из Волховстроя Колесникову, терапевта Круглову, врача Снитковскую, Быченкову - зав. лабораторией и многих других. Именно они, эти женщины, вынесли на своих плечах самые трудные месяцы, не растерялись, не опустили рук. Мы все были не очень опытные в этом новом деле. Бывало, что нас сбивали с толку нелепые и противоречивые распоряжения. К счастью начальство скоро оставило нас в покое - ФЭП куда-то сбежал. Облздрав - тоже. Мы остались одни.

Приняли еще санпоезд, и еще один. Раненые - в гипсовых повязках, с осколками в тканях, с пульсирующими гематомами, с начинающей анаэробными инфекциями. Самых срочных оперировала доктор Колесникова в больничной операционной. Но что делать нам дальше? Сводки все тревожней и страшней. Волховстрой бомбили. Как-то ночью я шел по поселку. Абсолютное затемнение. И вдруг - яркая вспышка ракеты. Рокот моторов очень низко. И над головой я вижу распластанную хищную птицу с черными крестами на крыльях, на хвосте... Он куда-то пролетел.Случилось так, что боевой сосед - сануправление 7-й армии, что в Лодейном Поле нам помог. Дали товарный порожняк, мы погрузили всех раненых, которых накопилось к тому времени до 800 человек. Их увезли по дороге на Тихвин и Вологду. Мы свернулись, ожидали часа погрузки. Но в этот день, 4 сентября, уже по-осеннему холодный и сырой, привезли раненых. Около 200 человек. Их везли каналом через Ладогу - ближайший и единственный госпиталь был наш. То были бойцы пограничники в большинстве те, кто героически отразил немецкий парашютный десант и уничтожил его. Среди них было 12 тяжело раненых в голову. Нам оставался только один путь – на север: Лодейное Поле – Петрозаводск – Беломорск. Погрузились в товарные составы и два разбитых вагончика дачного поезда. Надо сказать, что вместе со мной в Онегу поехала моя семья – жена и пятеро маленьких детей. Нам удалось эвакуировать и несколько семей из Сясьстроя.

Гляжу порой, на старую, уже пожелтевшую карточку, где мы снялись уже в Онеге. И опять как не вспомнить добрым словом наших сестер-дружинниц! Как они работали! Мне не забыть вашей статности, мужественности. Ни одной жалобы, ни одной слезы… Вот уж подлинно русские героини – незаметные, скромные, самоотверженные женщины. Если вы живы, то желаю от всего сердца – здоровья. Примите еще раз мой привет и земной поклон. Да, воспоминание о госпитале, особенно о первом периоде - самом трудном, у меня связано именно с женским героизмом. Впрочем, это, вероятно, было повсюду в тылу. Женщины сделали больше чем мы мужчины
… Я переехал в Куйбышевскую область, в Камышлинский р-н, что на границе с Оренбургской областью – край древний Аксаковский, с чудесной природой. В Камышле я работал до 1949…
< В 1949 г. Николай Петрович был арестован  и приговорён к 25 годам исправительно-трудовых лагерей. Реабилитирован 25.06.1995>  … Оставалась жена и семеро детей из которых самой старшей не было 15 лет <всего в семье было восемь детей>. Моя семья из Камышлы уехали в Среднюю Азию. Железный занавес опустился. Начались круги Ада – из которых я вышел – выскочил как-то неожиданно – в самом конце 1954 г. Я был далеко на Севере, на самом полярном круге, в Абезе. Выйдя из заключения (последний год я провёл около Омска),  выслушал на вахте  постановление о том, что обвинения по статье такой-то и такой-то (измена Родине!) не подтвердились, что судимость снята и т.д., - я отправился в г. Коканд, в декабре 1954 к семье. Почти шесть лет разлуки. Младшие ребята меня почти не помнили. Старшие – ждали. Жена постарела – она работала в очень тяжелых условиях на маслозаводе. Двое детей – старшие, окончили нефтяной техникум, двое учились в педучилище. Все были воспитанники Кокандского Детдома. В небольшой больнице Шор-Су (Ферганский рудник) я возобновил свою хирургическую работу».

        Последние годы своей жизни Николай Петрович проживал в городе Исфара (Таджикистан), работал главным врачом в больнице. Скоропостижно скончался там же  13 ноября 1961 г. в возрасте 60 лет.

В ответ на нашу публикацию пришло письмо от Ольги Владимировны  Петровой,  внучатой племянницы Галины Васильевны  Шатуновой, некоторое время работавшей под руководством Н.П. Ушина. Приводим отрывок из мемуарных записок родной сестры Галины Васильевны, Веры Васильевны Шатуновой: 
"Галя <речь идёт о родной сестре Веры Васильевны  Шатуновой> училась в Череповце в Медтехникуме,  и окончив его, приехала работать в свою Петропавловскую больницу. Зав. больницы был тогда врач Ушин Николай Петрович - человек очень требовательный и сильный, как врач. Благодаря такому руководству больница находилась в отличном состоянии (чистота безукоризненная, снабжение медикаментами и медприборами тоже значительно пополнилось), и это дало возможность молодым работникам Гале Шатуновой, Жене Грашиневой(?) и Нюре Кмосовой повышать свою квалификацию и самим становиться требовательными и исполнительными". 


Благодарим  Евгению Серафимовну Халтурину (Санкт-Петербург), автора статьи  «Память о них сохраним»  [4] , за предоставленные материалы.



Источники:

1. Адресная книга Весь Петербург на 1912 г. С. 925.
2. Благово Н. В. Школа на Васильевском острове. Ч. 1. СПб., Анатолия, 2013.
3. Сайт «Память народа» Участник финской войны – военврач 2 ранга
4.Сайт «Петровская академия наук и искусств».   Евгения Халтурина. «Память о них сохраним»
5. Сайт «Память народа»

Биографическая страничка подготовлена М.Т. Валиевым (Санкт-Петербург) ©.29.01.2021


При использовании материалов ссылка на статью обязательна в виде: «М.Т. Валиев. Биографическая страничка Николая Петрович Ушина – URL: http://kmay.ru/sample_pers.phtml?n=3161 (дата обращения)»  

Дополнительные материалы:

Фотолетопись:
Поиск учеников школы


 




04.12
День рождения бывшего ученика и педагога нашей школы, чл.-корр. СПб АН, О.Д.Хвольсона.
09.12
День рождения выпускника нашей школы, революционера, члена ЦК партии меньшевиков А.Э.Дюбуа
15.12
День рождения бывшего ученика нашей школы, морского офицера А.А.Абазы
19.12
День рождения выпускника и второго директора нашей школы В. А.Кракау



















2009-2020 ©
Разработка и сопровождение сайта
Яцеленко Алексей